У многих пар, переживающих повторные выкидыши, поиски причины ни к чему не приводят: у эмбрионов или плодов нормальное число и набор хромосом, а обычные УЗИ, проведённые до потери беременности, не выявляют структурных аномалий. Отсутствие ответов может стать тяжёлым испытанием для пар, мечтающих создать семью.

Исследователи из Stanford Medicine и их коллеги выявили возможные генетические объяснения в 30 из 118 таких семей. В предыдущих исследованиях повторных выкидышей при нормальном наборе хромосом в общей сложности изучили лишь около 60 образцов прервавшихся беременностей, часто — всего от четырёх до восьми семей за раз.

Команда секвенировала геномы родителей и материалы прервавшихся беременностей в каждой семье; в прежних исследованиях часто секвенировали только материалы прервавшихся беременностей, из-за чего было трудно отличить унаследованные генетические изменения от возникших в эмбрионе, а также вредные изменения от безвредных. В 18 семьях (15,3%) исследователи обнаружили варианты, или изменения, в генах, участвующих в раннем развитии человека и, вероятно, влияющих на функции этих генов (патогенные или вероятно патогенные варианты). Ещё в 12 семьях (10,2%) нашли варианты неопределённого значения: имеющиеся данные указывали на возможную связь, но не позволяли считать их установленной причиной выкидыша.

Большинство обнаруженных вариантов были унаследованы: в 24 из 30 семей такой вариант был как минимум у одного из родителей, обычно не испытывавшего при этом никаких симптомов. Поскольку родитель-носитель может передать один и тот же вариант нескольким беременностям, результаты могут помочь объяснить, почему потери повторялись. Они также указывают на возможные способы, с помощью которых пары с известными генетическими факторами риска, пережившие повторные потери беременности, в будущем могли бы снизить этот риск, например проверять эмбрионы, созданные методом экстракорпорального оплодотворения (ЭКО), на наличие известного патогенного варианта до переноса.

Эти результаты дают таким семьям то, чего у них почти никогда не было: отправную точку.

«Некоторые из этих семей пережили 10 или более выкидышей, а у некоторых нет ни одного живого ребёнка — и всё это без каких-либо объяснений. Им снова и снова говорили: „Просто не повезло. Попробуйте ещё раз“. Нас не устраивало отсутствие объяснений. Это исследование даёт нам возможность начать понимать причины и действовать».

Светлана Яценко, доктор медицины, профессор патологии, Stanford Medicine

Яценко разделила старшее авторство исследования, опубликованного 16 ноября в журнале Genome Medicine, с Рут Лати, доктором медицины, профессором акушерства и гинекологии в Stanford Medicine, и Александром Райковичем, доктором медицины и философии, профессором патологии, акушерства, гинекологии и репродуктивных наук в Калифорнийском университете в Сан-Франциско. Главный автор работы — Мона Аминбейдохти, доктор философии, постдокторант Калифорнийского университета в Сан-Франциско.

Повторные потери

Повторная потеря беременности, определяемая как два или более выкидыша, затрагивает около 5% пар. Примерно в 70% случаев число хромосом в норме.

«Повторная потеря беременности — это не просто медицинский диагноз, — сказала Лати, медицинский директор программы по борьбе с повторными потерями беременности в Stanford Medicine. — Каждая потеря может сопровождаться глубоким горем и оказывать долговременное влияние на беременных и их семьи. Причины повторных потерь беременности изучены недостаточно, и часто объяснить их не удаётся. Поиск ответов для пациентов приближает нас на один шаг к снижению числа потерь беременности и помогает нашим пациентам стать родителями».

Известно, что повреждение определённых генов вызывает смертельные заболевания у новорождённых. Исследователи предположили, что повреждения этих генов могут также приводить к прерыванию беременности на гораздо более раннем сроке. Проверить эту гипотезу непросто: потеря беременности в первом триместре обычно не оставляет видимых врождённых пороков развития или других фенотипических признаков, которые могли бы указать на конкретную генетическую причину.

«Нет фенотипа, который можно было бы связать с генетическим заболеванием, — сказала Яценко. — Это одно из главных препятствий для постановки диагноза».

Команда, работавшая в пяти академических медицинских центрах, привлекла к исследованию 176 семей в период с 2022 по 2024 год. После исключения образцов с хромосомными аномалиями или ДНК низкого качества, непригодной для анализа, в исследовании остались 118 семей. Около 79% потерь произошли в первом триместре, а у 95% беременностей на пренатальном УЗИ не обнаружили структурных аномалий.

Поскольку в результате секвенирования в каждой семье обнаруживаются несколько сотен потенциально значимых вариантов, исследователи отобрали для анализа гены, связанные со смертельными заболеваниями у мертворождённых и новорождённых либо с внутриутробной гибелью мышей. Затем они проверили опубликованные данные о том, активен ли каждый ген в развивающемся эмбрионе и плоде примерно на том сроке, когда произошла потеря беременности.

Самая распространённая закономерность, выявленная в 11 семьях, — повреждение обеих копий одного гена. У большинства людей есть рабочая резервная копия, поэтому родитель с одной повреждённой копией обычно здоров; проблемы возникают, когда эмбрион наследует повреждённую копию от каждого из родителей.

В одной семье оба родителя были носителями повреждённой копии DHCR7 — гена, который участвует в регуляции холестерина. У детей, родившихся с двумя повреждёнными копиями, развивается синдром Смита — Лемли — Опица. Однако это заболевание при рождении встречается реже, чем можно было бы предположить по частоте носительства; широко распространено мнение, что причина этого расхождения — ранние потери беременности. Потеря беременности в этой семье на 12-й неделе стала дополнительным подтверждением этой гипотезы.

Подсказки о причинах выкидышей

Выявились и другие закономерности. В пяти семьях вариант гена, расположенного в X-хромосоме, был унаследован эмбрионом мужского пола, у которого только одна X-хромосома и поэтому нет здоровой резервной копии. В двух семьях один из родителей был носителем варианта лишь в некоторых клетках, в том числе в яйцеклетках или сперматозоидах. Такое состояние называется мозаицизмом.

В нескольких семьях, по-видимому, для прерывания беременности было достаточно одной повреждённой копии, унаследованной от одного из родителей, хотя этот родитель был здоров или имел лишь лёгкие симптомы. Возможно, эмбрион просто более уязвим. По предположению исследователей, к потере беременности также могут привести другие унаследованные гены, факторы, создающие нагрузку на эмбрион, или проблемы с плацентой.

Не в каждом случае выкидыша в семье обнаруживался этот вариант. В трёх семьях — двух с вариантами FGFR2, гена, который управляет ростом и формированием структур эмбриона, и одной с вариантом MAGED2, участвующего в регуляции баланса жидкости у плода, — имелись образцы других прервавшихся беременностей, в которых этого варианта не было. Это указывает на то, что у этих потерь могли быть другие причины.

Всего исследователи выявили варианты в 28 генах. Тринадцать из них ранее связывали с гибелью плода или новорождённого; о связи ещё 15 с потерей беременности ранее не сообщалось. Ещё в четырёх семьях (3,4%) были повреждены обе копии семи генов, связь которых с заболеваниями у людей неизвестна, однако данных было слишком мало, чтобы считать эти варианты чем-то большим, чем вариантами неопределённого значения. Активность генов также соответствовала срокам беременности: HNRNPK — ген, участвующий в обработке генетических сообщений и широко активный на ранних этапах развития эмбриона, — был повреждён при выкидыше на восьмой неделе, тогда как PRF1, часть механизма иммунной системы, уничтожающего клетки и активного на более поздних этапах развития, был повреждён при потере беременности на 28-й неделе.

Результаты показывают, что в будущем секвенирование геномов родителей и материалов прервавшихся беременностей может дополнить стандартные исследования хромосом при повторных потерях беременности. Подтверждённый патогенный вариант также может помочь врачам проконсультировать пары и оценить вероятность ещё одной потери. Однако исследователи предупреждают, что варианты неопределённого значения и недавно предложенные гены не должны влиять на отбор эмбрионов или другие медицинские решения до накопления большего объёма данных.

Команда привлекает к исследованию дополнительные семьи, чтобы подтвердить, что выявленные в этой работе гены действительно вызывают потери беременности.

Результаты позволяют предположить, что в некоторых случаях может быть целесообразно тестировать будущих родителей — подобно тому, как до беременности пары проходят скрининг на варианты, вызывающие тяжёлые заболевания в детстве. «Это та же концепция, что и скрининг на носительство до зачатия, только он касается рождения детей с тяжёлыми заболеваниями, — сказала Яценко. — Здесь речь шла бы о риске выкидыша. Возможно, существуют профилактические меры, которые можно принять до наступления беременности».

В работе также участвовали исследователи из Калифорнийского университета в Сан-Франциско, Орегонского университета здоровья и науки, Иллинойсского университета в Чикаго и Natera.

Исследование финансировалось Национальными институтами здравоохранения США (грант R01 HD105256).

Stanford Medicine

Библиографическая ссылка:

Aminbeidokhti, M., и др. (2026). Генетические варианты при повторных потерях беременности с нормальным набором хромосом. Genome Medicine. DOI: 10.1186/s13073-026-01817-5. https://link.springer.com/article/10.1186/s13073-026-01817-5